Наслаждение и счастье

Спросите своих друзей, какими они мечтали бы видеть своих детей или хотели бы быть сами? Многие ответят: счастливыми и здоровыми! О здоровье мы уже говорили. А что такое счастье?

Иногда люди, особенно молодые, находятся во власти текстов песен, которые в разных вариантах прославляют «вечную весну»: «пусть счастье будет всегда» и в том же духе. Это, конечно, привлекательно, но... неверно.

Зачем обманывать себя? На смену светлой весне и щедрому лету неизбежно приходит дождливая осень и морозная зима; вопреки нашим горячим желаниям, и здоровье со временем ослабевает — начинаются заболевания. Точно так же яркие, обычно непродолжительные вспышки счастья сменяются порой трагичными полосами, благополучие и успехи перемежаются с трудностями, огорчениями и неудачами.

Может быть, точнее сказать: «Хочу почаще быть счастливым!» Да, возможно. Но в чем заключается счастье? И чем оно отличается, например, от наслаждения?

Людям свойственно смешивать эти два понятия. В природе обоих этих состояний имеется много общего: оба они приятны. Степени этой «приятности» могут различаться. Так, известную степень наслаждения даст порция мороженого в жаркий день, а острое наслаждение получит курильщик, у которого целый день не было возможности зажечь, папиросу, и, наконец, он это сделал.

Наслаждения могут определяться как необходимые, положительные, полезные. Но эти же самые наслаждения бывают ненужными, отрицательными, вредными, К первым принадлежит, например, состояние, испытываемое человеком с нормальным аппетитом: когда он с большим удовольствием принимает пищу, особенно после напряженной работы или физической нагрузки. Это наслаждение полезно — человек поддерживает свои жизненные силы, а поэтому необходимо и положительно. Во втором случае человек страдает неумеренным аппетитом и насыщается лишь тогда, когда желудок его перерастянут. Попросту говоря, он — обжора. В количественном отношении наслаждение от еды он получает несравненно большее, чем человек, не потакающий своим желаниям. Но такая степень наслаждения ненужная, отрицательная, вредная. Почему? При переедании организм, переводя без пользы громадное количество ценных продуктов, превращается в фабрику с неполным сгоранием топлива — пищи. «Шлаки» откладываются в клетках, люди полнеют и заболевают. То же самое можно сказать о наслаждении сексуальном. Оно служит для побуждения человека к продолжению рода, поэтому — полезно, положительно, необходимо. Кроме того, регулярная половая жизнь способствует гормональному балансу в организме, что определяет продолжительность жизни, жизнестойкость, сопротивляемость «вредностям». Однако неумеренность в этом отношении, не говоря уже о многих моральных издержках, сопровождается нарушением такого равновесия, а поэтому — не нужна, отрицательна, вредна.

В чем главное сходство между счастьем и наслаждением? Оба эти понятия — чисто субъективны. О них может судить только тот, кто их испытывает...

Разница между счастьем и наслаждением гораздо больше, чем может показаться на первый взгляд. Вспомните какой-нибудь счастливый день. Допустим, день рождения. Или тридцать первое декабря. С самого утра начались приятные события: подарки, веселье, вкусная пища, хорошая музыка и многое другое. Ложась спать, вы подумали: «Как я счастлив!..» Но, если проанализировать, то окажется, что вы испытали цепочку наслаждений или удовольствий, которые к счастью отношения не имели. Про некоторых людей говорят: «Он всю жизнь наслаждался, а счастья так и не испытал»... В чем здесь разница?

Наслаждение приходит к нам в основном через посредство органов чувств: обоняние, осязание, слух, зрение, прикосновение. Наслаждение — это удовольствие, доведенное до предела. Его в основном испытывают, чувствуют и в меньшей мере осознают. А счастье в основном осознают. Счастье — это ощущение полноты бытия, состояние крайнего блаженства, не отягощенных положительных эмоций, необычайный моральный, нравственный и даже физический подъем, удовлетворение, связанное с самоосуществлением, самовыражением, исполнением долга, исполнением мечты, решением трудной задачи. Человек это понимает, осмысливает. Поэтому арифметическая сумма наслаждений не может быть счастьем.

Но существует ряд положений и обстоятельств, когда счастье и наслаждение сливаются и «радость сознания» сочетается с «радостью чувства». Это может происходить в процессе труда, общественной деятельности, при встрече с искусством, природой, при занятиях физкультурой и спортом. Особенно полно подобное единение проявляется в любви — к детям, к родным, близким, к Родине и т. д. Причем каждое из этих состояний может отягощаться и диаметрально противоположными ощущениями, вызывая, наряду с удовольствием, огорчение, страдание.

Во многих случаях это зависит от отношения человека к тому или иному факту его бытия, когда неприятное может ощущаться как приятное. И наоборот. Согласитесь, что даже один и тот же проливной дождь, вызывающий крайнее огорчение у горожанина, собравшегося провести за городом субботу и воскресенье, доставит земледельцу, после длительной засухи, чувство радости, а порой и истинного счастья... Сочетание ощущения, осознания и отношения здесь приобретают особое значение и смысл.

Смешивая эти два понятия — счастье и наслаждение— и стремясь к последнему, иные наносят тем самым непоправимый ущерб не только себе и своим близким, но и обществу. Поскольку истоки подмены этих понятий лежат в детстве, начнем с него.

Наверное, мы не ошибемся, когда назовем детство «счастливым». Каждый, помнящий себя с первых лет жизни, свяжет это время с чувством свободы, первооткрытия новых понятий и истин, острых ощущений ароматов трав, цветов, утреннего воздуха, речной или морской воды. Острота радостных ощущений сочетается с примитивным осознанием мира. Дети еще не прошли через горнило ошибок и ложных представлений юности и зрелости. В большинстве случаев понимание того, что такое истинное счастье,— удел лиц, достигших определенной степени психической зрелости. А ребенок — существо во многих отношениях несформировавшееся. Следовательно, чтобы выяснить, на каком этапе юности или зрелости человека начинается путаница с понятиями наслаждения и счастья, давайте представим себе, каким образом ребенок оценивает удовольствия, которые он получает. Наверное, здесь многое будет зависеть от склада ею характера и воспитания.

На протяжении последних 20 лет внимание ученых разных специальностей во всем мире привлекает явление, имя которому—акселерация, что означает «опережение». Последние десятилетия отмечено, что под влиянием ряда причин, многие из которых носят предположительный характер,— улучшение питания, изменение лучевой радиации солнца, реакция генофонда родителей и др., — дети становятся физически более развитыми, средний рост и вес их превышают параметры предыдущих поколений, они быстрее соображают, гармонично развивается их мозг и его функции, то есть психическое и нравственное развитие идут параллельно (синхронно) с физическим.

Однако поскольку человеческий организм нередко развивается диспропорционально, асинхронно, то и в процессе акселерации могут отмечаться отклонения. В чем они заключаются? Представим себе, что перед вами высокий, бородатый, длинноволосый, хорошо сложенный юноша. Или высокая, стройная, с хорошо развитыми бедрами и грудными железами девушка. Беседуя с ними, вы многому поражаетесь. С одной стороны, они знают очень много: фамилии модных певцов у нас и за границей, названия модных поп-групп, имена спорт-, кино-, теле - и прочих героев, с другой — не понимают главного. Они хорошо усвоили формулу получения удовольствий или наслаждений, ставших их потребностью, твердо уверены, что родители или общество обязаны их удовлетворять. Однако они плохо ориентируются в таких понятиях и категориях человеческих отношений, как уважение и любовь к людям, стремление им помочь, понимание значения труда и цены денег, наличие системы взглядов на жизнь, учебу и пр., что свидетельствует об их психической и нравственной незрелости. Социологи именуют таких детей социально-нравственными инфантами. Главная их черта — расхождение между развитием психофизическим (опережающим) и нравственным (отстающим). Такая диспропорция роста опасна не только при развитии органов и систем, когда сопровождается отклонениями в их функциях, но и в общем становлении человека.

Однако если деньги и вещи становятся смыслом жизни, то назвать их счастьем вряд ли можно. В лучшем случае — удовольствием, кратковременным наслаждением, удовлетворением честолюбия невысокой марки. В чем природа таких взглядов? Затянувшееся детство с его цепочкой маленьких радостей? Нет! Просто создание определенного стиля жизни, когда получение непрерывных удовольствий постепенно становится навязчивой привычкой, которая целиком заменяет другие и лишает человека подлинного счастья, оставляя во власти заменителей, суррогатов.

Сегодня, в век НТР, такого рода стремления приобретают известную «остроту». Повышение производительности труда высвобождает время, рождает обилие возможностей для приятного, пассивного и бездумного развлечения. Например, сидение по многу часов перед телевизором, чрезмерное хождение на различные спортивные соревнования, неумеренное посещение кинотеатров, трата времени на игральные автоматы и тому подобное. Все это «физическое и психическое потребительство» обходится без усилий и доставляет удовольствие, радость, поглощая очень много времени. И его не хватает ни на чтение, ни на самообразование, ни на друзей, ни на детей. А дети требуют времени, труда, забот, хлопот

и... расходов. Зачем же это, когда кругом так много приятного?!.

Мы подошли к самой трудной части нашего разговора. Кое-кто из молодых обязательно спросит: для чего разбираться в тонкостях терминов счастья и наслаждения? Пусть будет, как будет. Старая пословица гласит: «Лучшее — враг хорошего!» А мне сейчас и так хорошо...

Но годы проходят. Совершаются необыкновенные перемены вокруг нас. И мы, неожиданно для самих себя, привыкаем к изменению нашего состояния. Школьник. Студент. Муж. Отец. Инженер. Тесть. Дед. Пенсионер... Прадед! Каждое «качество» укладывается в несколько лет. И каждый раз — как будто бы поднимаешься в гору и тебе раскрываются новые горизонты. Только что ты сказал: «Как это прекрасно!» Прошло еще немного времени — и ты вынужден признать, что с другой вершины вид еще более замечательный. Люди в новом положении меняют свои оценки, свое мнение, ибо они получили возможности сравнивать.

Вот почему имеются все основания прислушиваться к тому, что говорят пожилые. Им известно то, что недоступно молодежи. Они это уже «прошли», а ей лишь предстоит понять. Люди, которые прожили долгую жизнь и размышляли над своими удачами и ошибками, часто точно определяют, в чем они были правы, а в чем — виноваты.

Приведу ответы двух пожилых людей, которых спросили, счастливы ли они.

Первый рассказал, что прожил трудную, а временами и тяжелую жизнь, но он был счастлив. Отец его — лесничий, и он с детства привык к лесу. Семья была большая, жили скромно. Ученье давалось с трудом. Но он окончил школу, потом — техникум. И много позже, взрослым человеком,— институт. Работает на верфях, ремонтирует деревянные части судов — морских и речных. Дома он тоже возится с деревом, занимается различными поделками. Недавно их показывали по телевидению. На верфи его ценят и любят: инженер и мастер высокого класса. Теперь он на пенсии, но работает. Внимательный и добрый человек. Ну, об этом мне рассказали посторонние, а не он сам. Он воспитал хороших сыновей. «Вся четверка — в отца,— сказала его жена.— И внуки все в него. Такая порода...»

Давайте разберемся, в чем слагаемые счастья этого человека. Упорная, трудная учеба. Воспитание характера и формирование личности. Работа, на которой он стал профессионалом высокого класса. Она совпадала и с домашним увлечением, как принято говорить, «хобби». Достойная семья: дети, внуки.

А вот рассказ второго моего собеседника. Он прожил длинную, но пустую жизнь. И сегодня понимает, что прошел мимо главного. Никого винить не может. Сам виноват во всем: «Я только брал, а давать не старался — в этом моя беда». Рос в обеспеченной семье единственным ребенком. Отец был занят. Мать баловала его. И он пользовался ее добротой. Ученье давалось легко, но заниматься не любил. Рано привык к удовольствиям и понял, что для их получения нужны деньги. Зарабатывать их можно, и не обременяя себя занятиями. Школу бросил после восьмого класса. Вино. Курение. Язва желудка. Семья не сложилась. Где-то есть взрослая дочь. Он ее не знает. Оформил пенсию. Вечера проводит у своего соседа, пенсионера, перед телевизором... Вот слагаемые нерадостной жизни, в которой, как сказал мне старый человек, немало было удовольствий, а счастья не было. От тягот учебы он избавился. Характера не приобрел. Профессия большого удовлетворения не дала. Ни семьи, ни детей... Вы, наверное, обратили внимание на то, что в первом случае совпали интересы личные и общественные. Во втором — пострадали и те, и другие.

Возникает вопрос: коль скоро мы в какой-то степени противопоставляем понятия счастья и наслаждения, то какое место в нашей жизни могут и должны все же занимать радости, удовольствия? В том, что непрерывный поток удовольствий ничего, кроме постепенного распада личности, не принесет — нет сомнений. Кроме того, если человек бесконечно удовлетворяет свои желания, то его чувства постепенно притупляются.

Передо мной — двое ребятишек, сыновей моих друзей. Первый, воспитанный родителями в довольно требовательном режиме, был восхищен скромным подарком по поводу его дня рождения. Для него это был настоящий праздник. Второй, получивший дорогой заграничный сувенир, отнесся к нему с полным равнодушием: у него было такое изобилие всякого рода развлекательных механизмов, что сердце не дрогнуло. Со взрослыми людьми нередко происходит то же. И это касается не только такого простого вопроса. Когда одного подростка спросили о его отношении к телевизору, он ответил, что готов сидеть перед экраном дни и ночи потому, что получает от этого непрерывное удовольствие: у него нет никаких обязанностей и он испытывает чувство полной свободы. Увы. Так думает не только один этот мальчик. Почему? Да потому, что они не разобрались в достаточной степени, каким образом распределяется время, которое человеку отпущено на всю его жизнь — его не так уж много. К тому же очень важна еще оценка, понимание, отношение к совершаемым действиям.

Допустим, вы женились или вышли замуж. И рождение ребенка связали лишь с такими проблемами, как одежда, питание, расходы. Но недостаточно задумались над тем, что родители — одна из наиболее сложных профессий, к которой нужно готовиться с детского возраста (к этой мысли мы будем возвращаться еще неоднократно). Главное же в этой профессии, кроме формирования определенных черт собственного характера, понимания законов и правил воспитания ребенка (а их нужно изучить и понять до, но не после рождения ребенка) и многого другого, возбудить в себе горячее стремление получать удовольствие и радость от общения с ним. Если этого нет, то вы не в состоянии вырастить хорошего человека. Вы будете считать время, проведенное с ребенком, потерянным. Он будет вас раздражать, а не радовать. Вы будете, обманывая сами себя, под разными предлогами стремиться «пристраивать» его к родителям, знакомым, в детские учреждения — ясли, детсады и лагеря. Но ведь он, ваш ребенок, нуждается именно в вашем обществе, в вашем влиянии, в ваших ответах на его вопросы, в вашей любви.

К этому всему далеко не все готовы, особенно те, кто торопится получить максимум удовольствия другими способами, кроме самого прекрасного и необходимого: вместе с собственным ребенком — а еще лучше с детьми — делать все то, что формирует из них хороших людей. Вместе с ними читать и рисовать, слушать музыку и работать по дому.

Вспоминать свое детство, наверстывать то, что упустили. И главное — сделать более полноценным детство своих детей, что возможно при одном важнейшем условии: общение с ними считать не обременительной обязанностью, а получать от него искреннюю радость и удовольствие.

Реально ли произвести такого рода непростую «операцию», если вы заранее не подготовлены к ней всем своим предыдущим воспитанием или не выработали сознательного отношения к этой проблеме? Не знаю...

Древним грекам принадлежит мысль, которую можно очень широко толковать: «Если ты не можешь" делать то, что тебе нравится, постарайся, чтобы тебе нравилось то, что ты делаешь». Как видите, и в. этом случае нужно по - стараться. Если суметь построить свои отношения с окружающим миром, как это рекомендуют греки, то окажется, что разумный человек будет получать максимум радости и наслаждения от всего того, что люди неразумные могут считать тягостью или принуждением.

Попробую рассказать, какое место всякого рода радости занимают в моей жизни. На подражание не претендую, но кое-что, возможно, и пригодится.

Прежде всего я стараюсь, чтобы главные упоминавшиеся выше жизненные основы доставляли бы мне удовольствие. Это не всегда удается, ибо у каждой медали есть оборотная сторона, порой порождающая тяжелые переживания. Согласитесь, что в работе хирурга имеются грустные моменты, от которых уйти невозможно. Поэтому любое удовольствие я рассматриваю как возможную компенсацию или награду за издержки моей жизни и работы. Но эту награду, право на нее я определяю себе сам, полагая, что она чем-то напоминает лекарство. Ну, например, железо, фтор или мышьяк: в малых дозах — они благодетельны, в больших — яд. Более того, за долгие годы у меня выработалась привычка, которая помогает мне себя контролировать. Жизнь полна соблазнов: даже некоторые из перечисленных основ могут при определенном переборе, чрезмерном увлечении создать превышение приятного над необходимым. Так, если принимать все приглашения на юбилеи и торжества или ходить в гости, где тебя ждет интересный разговор и вкусная еда, можно перестать работать или читать... Поэтому я стараюсь не поддаваться соблазнам, пока во мне не накопилось «ощущение сделанного дела». Порой трудного, малоприятного, требующего усилий и времени. Преодоления инерции мышления или состояния. Такой самоконтроль (или самоограничение) полезен и потому, что людям свойственно оправдывать свои бездумные или нелепые поступки. Кому-то принадлежит мысль, что человек совершает поступки, руководствуясь эмоциями, разум служит — чтобы эти поступки оправдывать. Добавлю, что в жизни бывают полосы, когда позволяешь себе тратить некоторое время на непрерывную цепь удовольствий. Например, во время отпуска, когда с тебя снимаются наиболее ответственные обязанности. Эти периоды я называю для себя «жизнью в кредит» или «жизнью в долг». Ну а долги, как известно, нужно оплачивать...

Наверное, все мы расплачиваемся за одну психологическую ошибку, которую склонны допускать, полагая, что «прямая есть кратчайший путь между двумя точками». Поэтому в разных жизненных обстоятельствах мы склонны избирать этот наиболее короткий путь. Когда человек находится во власти идеи быстрейшего достижения цели, он, бессознательно, путь, продвижение к ней считает чем-то второстепенным, лишним. Житейски во многих случаях это справедливо. Но как только это касается категории счастья, оказывается, что он допускает катастрофическую ошибку. Почему?

При каких условиях, внутренних правилах человеку имеет смысл браться за долгий труд ради того, чтобы испытать состояние, которого ранее не ощущал. А если он не выдержит тягот? «Сойдет с дистанции», отдав ей долгие годы, или попросту умрет. Может быть, лучше иметь в руках синицу вместо журавля в небе?! И переключаться с одной маленькой, но приятной цели на другую! Конечно, это проще и надежнее, но вряд ли сделает человека счастливым.

Доверяя опыту лучших представителей мировой культуры, напомним одну их важную мысль: чем поставленная жизненная цель крупнее, тем пути к счастью труднее и длительнее, а счастье — острее. Отсюда следует естественный вывод: главные задачи в жизни надо ставить более значительные, отдаленные и ясно представлять себе, что на достижение их придется затратить много сил, терпения ц времени.

Говоря о счастье, снова вернемся к детям. Человек чаще всего сам готовит условия или создает почву, чтобы на ней много лет спустя начали распускаться «цветы» радости или появились «заросли» огорчений. Так садовник получает лет через пять, а то и двадцать урожай плодов, ягод или фруктов, а все предыдущие годы землю рыхлит, удобряет, следит за погодой, чтобы не переувлажнить землю, если идут дожди, и не пересушить, если год выдался жаркий.

А мы, родители? Приведу несколько историй. Муж бросил молодую жену с младенцем. Жизнь его пролетела, как одно мгновение. Он состарился, заболел. Узнал, что его дочка уже выросла, хорошо зарабатывает... и подал на нее в суд. В общем, потребовал с нее алименты. В газете писали об одном таком случае. А сколько их бывает? Пусть не через суд, но, спекулируя на заглохших сыновних или дочерних чувствах, в трудное для себя время старости и одиночества вторгаются в жизнь своих детей лишь потому, что когда-то их кормили и одевали. Теперь они считают, что имеют право получить свои деньги обратно, а в придачу — еще и чувства. Немало грустных историй нам рассказывают в кино и по телевидению про взрослых детей, которые забывают навестить своих родителей, написать им письма или просто позвонить по телефону. Но, подумайте, кто в ответе за эти горькие истории? Оказывается, сами старые сегодня родители, которые в свое время растили этих детей.

Вначале они играли с ними, как с куклами. Без меры ласкали. Одевали — лишь бы лучше, чем другие. Давали им все, чего те только не запросят. Как же! Они помнят, как им было обидно, когда их собственные «злые» или «жадные» родители отказывали им в просьбах, а они вот — совсем другие. Не жадные — щедрые. Не злые — добрые. Себя эти родители тоже не забывали. Гнали ребенка в другой угол, в другую комнату, на двор («Погуляй»), на улицу («Подыши воздухом»), к друзьям («Пообщайся с ребятами»), лишь бы заняться тем, что самим приятнее. А он нуждался, да и всю жизнь будет нуждаться именно в них. В их дружбе — без навязчивости, контроле — без обиды, помощи — без попреков, совместной работе — без принуждения и многом другом. В разном возрасте — разное. А ничего этого не было. Были подарки, траты, деньги. Родители посостоятельнее давали больше, победнее — меньше. Но часто с одной целью — откупиться, сберечь время для себя. А сын или дочь прекрасно чувствуют и знают, когда им дарят бесценное, а когда дают взятку. И привыкают к такому поведению сами. Либо отдавать близким и любимым своим самое дорогое — чуткость, внимание, время, либо откупаться от них формальными знаками внимания. Хорошо, что так. Правда? Бывает и хуже.

Родители не всегда понимают, что же происходит. Ведь они жили как все, кто их окружал. Для детей ничего не жалели. Вывели в люди. И вот теперь, когда прошли годы, нет ощущения того тепла, нежности, предупредительности, которые им так необходимы. Кто в этом виноват? В свое время сами они, не овладев в минимальном объеме главной родительской профессией, допускали ошибку за ошибкой, не зная и не понимая того, в чем нуждается растущий не по дням, а по часам ребенок. Вот к ним в полном объеме и вернулось то, что они «посеяли» сами. И обижаться не на кого. Только на самих себя.

Возможно, это не типично. Но, к сожалению, встречался я с этим не один раз...

Вот еще одна история. В нашей больнице лежал мальчик лет трех. Был он в воскресенье в гостях у дедушки с бабушкой, влез на табуретку на кухне, упал и сломал руку. Неудачно — повредил локтевой сустав. Лечение затянулось. Расстроенный отец пришел ко мне выяснить, как будет срастаться кость, станет ли разгибаться ручка. Папа оказался симпатичным человеком лет 25. Работает и учится. Живут в маленькой однокомнатной квартире — тесно, но зато отдельно. «Свой дом!» Обычно дети обижаются, что за их ребенком «не усмотрели»... Молодой же папа очень тепло заговорил о родителях. Он рассказал мне, как строились их отношения. Хорошо помнит детство. Мать и отец постоянно и много трудились. Брали работу и на дом. Заботы па хозяйству выполняли все четверо: он с младшим братом, мать, отец. Зато воскресенья, а потом и субботы проводили с отцом. В хозяйственных заботах, за городом, на коньках, лыжах. Ходили в музеи, на выставки. Спорили, всей семьей читали, обсуждали одни и те же книжки. Гладко ли все было? Да нет. Одно время стал он разбалтываться. Отдалился от отца. Тянулся больше к матери: она его жалела. Отец сердился. Потом бросил учиться. Пошел работать вначале штукатуром, затем получил права и устроился шофером. Сейчас работает на производстве и с громадным трудом поступил в автодорожный институт.

— Вы знаете, — сказал он мне, — я вдруг понял, что мои родители очень хорошие люди. Но когда мы были с братом ребятами, мать с отцом сами еще были молодыми и ничего в воспитании не понимали. Вернее, говорили правильные вещи, но как-то путали. Нужно было требовать — а они устраивали обсуждение. Нужно было объяснить, растолковать или просто пошутить — командовали. Как это обижало нас! Теперь, когда мы выросли, то поняли, что во многом родители были правы. Брат мой сделал печальный вывод, что мы с ним были на редкость противными сыновьями. И сократили жизнь своих стариков на много лет, доставляя им много огорчений, хлопот, принося трудности. А мать и отец, при всей их педагогической и родительской неопытности, уделяли нам так много внимания, отдавали так много времени, отказывая себе в других радостях и удовольствиях. Брат как педантичный и аккуратный человек составил список всех тех дел, которыми мы занимались дома с отцом и матерью. Многие из наших однокашников и мечтать об этом не могли: хозяйственные, столярные, слесарные, переплетные работы, рисование, черчение, музыка, обсуждение прочитанных книг...

Родители, когда женились, далеко не все из перечисленного сами умели. Они занимались этим вместе с нами, для нас, ради нас. Мать вот до сих пор кухарничать не научилась. Зато мы с братом — годимся в повара! Единственно, чего наши родители не знали,— основных педагогических правил. Видимо, просто не дошли руки до такой литературы. Имея в виду прежде всего собственный опыт, мой брат, получивший педагогическое образование, теперь даже написал подобие «инструкции» для взрослых детей: «Как заботиться о своих родителях». Вот она целиком и без поправок:

«Перевоспитывать родителей невозможно. Нужно воспринимать такими, какие они есть. И постараться понять их. И прощать им их ошибки и заблуждения.

Понять родителей очень трудно. Оценить обязанности, труд, мужество и страдания, которые они перенесли, можно, когда сам перенесешь все это. Но тогда наших родителей уже не будет.

Мы привыкли к их мыслям, словам и интонациям. Они порой вызывают в нас сопротивление и раздражение, хотя высказанные другими людьми в иной форме принимаются нами как соображения интересные и мудрые.

Беда в том, что мы их «плоть от плоти», а одноименные заряды, как известно, отталкиваются. Нужно стараться преодолевать эту естественную силу отталкивания.

Конфликты между нами и родителями неизбежны: и мелкие, и, к сожалению, крупные. Чтобы их избегать, нам нужно проявлять максимум дипломатии» будто это не наши родители, а чужие люди. Или стараться жить отдельно от них: «чем дети дальше, тем они лучше». Но и территориальное разобщение имеет свои многие отрицательные стороны — ведь бывают болезни их, наши, наших детей... Нам свойственно обижаться и раздражаться по мелочам, наше «Я» занимает не первое место в жизни. Не умея заглянуть в завтра и послезавтра, мы придаем особое значение сегодняшнему.

Чем меньше обид и больше спокойствия, а также умения самокритично и с юмором посмотреть на себя со стороны, тем легче нам будет с родителями (и окружающими), а им — с нами.

Мы часто действуем по минутному влечению, а не в соответствии с принципами, уделяем много внимания мелочам, упускаем главное. Наши зрелые родители поймут нас скорее, если мы будем принципиальны и в мелочах, а действовать будем сообразно главному. Зрелость ума была когда-то достоянием молодежи. Разве мы хуже их?

Мы часто заимствуем недостатки наших родителей, а проходим мимо их достоинств. Наверное, стоит разобраться и в них и в себе, чтобы сознательно устранять дурное и тренировать хорошее. Родители радуются, когда дети превосходят их в положительных качествах, но они не прощают, если мы умножаем их недостатки.

Для нас уткнуться в мамину грудь или папин живот было тем важнее, чем мы были меньше или нам бывает труднее или тяжелее.

Нормальные, в том числе наши с тобой, родители скупыми не бывают. Наоборот, они отдадут и продадут последнее, если почувствуют, что нам трудно. Огорчительно только, что наши и их представления о потребностях не совпадают. С этим лучше примириться. Зарабатывать деньги самим. Именно тогда и начинаешь понимать стоимость денег и сколько труда нужно вложить в их получение. Наверное, нам легче будет понять родителей, если усвоить, что молодости свойственны эмоции и чувства, а зрелости и старости в большей степени — радости разума. Поэтому наши потребности направлены на использование всех возможностей, предоставляемых прогрессом, причем мы с полным удовольствием теряем много времени, средств и здоровья. А родители при меньших расходах могут получать еще большие радости в сфере интеллектуальной. Будем им способствовать! Родителям нашим необходим физический и психический комфорт, соответствующий их потребностям и возрасту. Сюда входит следующее:

а) быть необходимым и полезным нам, нашим детям и обществу; родители, наконец, начали понимать, что в жизни они многое напутали, делали неверно, а теперь стремятся наверстать упущенное или исправить;

б) доделать свои профессиональные дела, которые они в суете и неопытности завершить не успели;

в) самоутвердиться в побочных занятиях (хобби, увлечениях) ;

г) поддержать, сохранить или укрепить свое здоровье, которое у них начинает страдать.

Родителям, как и женщинам, важны не столько редкие, дорогие подарки и знаки внимания, сколько мелкие, недорогие, но частые. Это понятно: здесь и забота (контроль!), и информация о себе (у меня — порядок), и внимание (готов к оказанию помощи!). Ведь, когда мы были детьми, они о нас заботились не только ежедневно, но и ежечасно. Это факт. От него никуда не уйдешь.

Времени ни на что не хватает, а общаться нужно. Вместе пообедать или поужинать. Можно у них (лучше), можно у нас (хуже). Пойти в кино, театр или на выставку, поехать за город. Но это подарок не только им. Спрашивать советов у матери и отца «по мелочам» стыдно и вредно. Привыкаешь и без подсказки ничего не предпримешь. Но в любых серьезных вопросах, при крупных огорчениях или несчастьях начинать нужно только с родителей. Там, где опытные или влиятельные знакомые наобещают и... подведут, там родители найдут лучший выход. Или подскажут его.

Нельзя забывать, что родители — мужчина и женщина. Для отца сын — просто сын. А для матери — еще и мужчина. Наверное, для матери дочь — просто дочь. А для отца — еще и женщина. Поэтому на какой бы девушке мы с тобой ни женились — отец повздыхает, а мать еще приревнует. Наверное, так же и с дочкой. Мать приголубит каждого зятя. А отец, кроме того, и приревнует. Поэтому будем бдительны и внимательны !

Свои проблемы возникают и у родителей: личные, старые или, как снег на голову,— новые. Наверное, наш долг в любом случае думать об обоих. Но в первую очередь — о матери. Женщине всегда было и будет труднее. Она в чем-то сильнее, но в чем-то слабее мужчины. Она раньше стареет. Ее одиночество — хуже одиночества отца. Мне так кажется...

Наши родители не вечны. Одни теряют их позже,

другие раньше. Многие ребята остаются с одной мамой,

редко — с одним отцом. Но всегда — а это мы с тобой знаем от близких — до смерти нашей нас будет преследовать мысль о том, какими недостаточно хорошими сыновьями мы были. И какими могли бы быть. Так зачем обрекать себя на это ненужное переживание. Давай подумаем об этом сегодня. Сейчас. Ничто так не огорчает родителей, как отсутствие дружбы и любви между их детьми. Они смотрят далеко вперед и видят преимущества поддержки в жизни близкими, родными. Наверное, они правы, и наш с тобой долг беречь и укреплять нашу дружбу, независимо от отношения между собой наших жен и друзей.

Теперь, когда мы выросли, никто, кроме нас самих, не поможет нам укреплять в себе и друг в друге доброту, бескорыстие — качества сближающие, а не разделяющие».

Мы привели много примеров. И самых разных. Каков же ответ на вопрос — счастье дети или несчастье? В наибольшей степени это зависит от самих родителей: что они посеют, то и пожнут. Дети — это счастье, когда с ними проводишь много времени. Твое отношение к своим родителям — им образец для подражания. Дружба и любовь между родителями и детьми зависят от старших и младших и являются частью нашей жизненной программы.

Ребята же, коль скоро они рано и всерьез станут задумываться о судьбе своих будущих детей и о себе, неизбежно придут к пониманию не обязанностей, не долга, а наиболее естественного, человеческого отношения к своим родителям. Жизнь учит — и безжалостно: как ученик относится к учителю, так будут относиться к нему его ученики, когда он станет учителем.

Комментарии к статье "Наслаждение и счастье"
Добавить свой комментарий
*все поля должны быть заполнены
суспільство київської русі